Газопровод

Сербия подсоединяется к «Турецкому потоку»

У американцев скоро появится новая цель вместо «Северного потока-2»

Президент России Владимир Путин 17 января начал визит в Сербию, где помимо других вопросов обсудит со своим коллегой Александром Вучичем продление газопровода «Турецкий поток». Об этом сообщил журналистам помощник президента Юрий Ушаков.
Как рассказал ранее Владимир Путин сербским изданиям накануне визита, «Газпром» сейчас прорабатывает разные варианты продолжения сухопутной транзитной нитки газопровода в европейском направлении. Один из них предусматривает транспортировку топлива по маршруту Болгария — Сербия — Венгрия с выходом на газораспределительный центр в австрийском Баумгартене. Однако президент подчеркнул, что на этот раз заинтересованные в российском газе страны Евросоюза должны получить гарантии, что планы продолжения «Турецкого потока» не будут сорваны политическим решением Брюсселя.
По итогам встречи предполагается подписание порядка 20 двусторонних документов. Но, как отметил Ушаков, вопрос «Турецкого потока» только обсуждается и подписания соглашений не предполагает.
«Турецкий поток» — проект газопровода, который проходит из Анапского района Краснодарского края в западную часть Турции. Проект предусматривает строительство двух ниток газопровода, каждая с пропускной способностью 15,75 млрд. кубометров газа в год. Предполагается, что одна нитка будет использоваться для обеспечения турецкого потребления, а вторая пойдет в Европу.
Морской участок газопровода был завершен еще в конце прошлого года. Ожидается, что «Турецкий поток» будет запущен уже в 2019. Но если с первой ниткой все понятно, со второй существует неопределенность. Пока не ясно, как именно будет пролегать маршрут в Европу, и по каким странам пройдет труба. Кроме того, есть опасения, что европейский участок газопровода может повторить судьбу «Южного потока», альтернативой которому он и стал.
Напомним, что газопровод «Южный поток» подразумевал поставки газа из России по дну Черного моря до Болгарии с последующим транзитом в страны Южной Европы. Однако в декабре 2014 года проект был свернут из-за «неконструктивной позиции Евросоюза». Если точнее, разрешение на строительство отказалась выдать Болгария. Вину за это многие эксперты возложили тогда на США, так как незадолго до отказа страну посетила группа американских сенаторов во главе с Джоном Маккейном, которая прямо призывала отказаться от проекта.
Впрочем, после строительства «Турецкого потока» болгарское руководство пересмотрело свои взгляды. В мае 2018 премьер-министр страны Бойко Борисов на совместной пресс-конференции с Владимиром Путиным даже извинился за срыв проекта и проявил интерес к продлению «Турецкого потока» на территорию Болгарии.
Если эти планы будут реализованы, газопровод дальше должен зайти на территорию Сербии, а затем пойти в Венгрию, Австрию и Италию. В отличие от Софии Белград в этом вопросе может быть более надежным партнером. Сербия в 2018 году получила от России 2,5 млрд. кубометров газа, кроме того, наши страны связывают другие энергетические проекты, да и политически между странами сложились особые отношения. Но, как считает замгендиректора Института национальной энергетики Александр Фролов, с учетом нынешней политической обстановки нельзя быть уверенными в том, что в последний момент проект не будет сорван, как в свое время «Южный поток».

— Какие могут быть гарантии в наше неспокойное время? Можно гарантировать только то, что ничего нельзя гарантировать. По сути, сейчас мы видим возрождение «Южного потока». Как многие помнят, он предполагал строительство трубы до Болгарии, а оттуда в Сербию и далее по Балканам до севера Италии с отводом в Австрию.
Сейчас этот формат несколько изменен. Морской участок уже построен до территории Турции, и весь вопрос в том, как будет строиться инфраструктура из этой страны по территории ЕС. Сам по себе «Турецкий поток» отличается тем, что не предполагает строительства наземной части на территории Евросоюза. Именно этот вопрос в свое время стал камнем преткновения для «Южного потока». Кроме того, «Турецкий поток» в два раза менее мощный, чем «Южный» — он будет иметь пропускную способность в 31,5 млрд. кубов вместо 63 млрд. и две нитки вместо четырех.

«СП»: — Есть ли альтернативы маршруту через Болгарию и Сербию?
— Насколько я знаю, изначально рассматривалось несколько вариантов, включая строительство подводного газопровода из Греции в Италию, а затем создание наземной инфраструктуры до ее северных регионов. Именно север Италии должен был стать одним из основных получателей газа «Южного потока». Всего их было три — север Италии, Австрия и Турция. Причем на Турции внимание особо не акцентировалось, хотя все понимали, что этот газопровод позволит перекинуть значительную часть объемов газа, который транзитируется через территорию Украины, по существующей инфраструктуре из Болгарии.
Сейчас все это переигралось, морская часть газопровода в Турцию уже построена и оттуда газ пойдет на территорию Европы. Но ключевой вопрос остался: где именно будет точка перехода газа в Евросоюз — в Греции или в Болгарии. Более разумным и легко реализуемым выглядит вариант с заходом в Болгарию по той простой причине, что Турция получала российский газ через ее территорию. Соответственно, там уже есть достаточно мощная газотранспортная структура, и если использовать ее в реверсном режиме, то можно сэкономить средства и время на строительство инфраструктуры.
Кроме того, можно поднять документацию «Южного потока», что облегчает реализацию проекта. Там были все расчеты, поэтому понятно, что и как строить и сколько это будет стоить. В общем, выход в Болгарию напрашивался сам собой, но там были политические вопросы, которые, очевидно, были сняты в последнее время. Поэтому сейчас и обсуждают этот вариант с Сербией.
Ну а Греция, что ж, горе проигравшим. Греция своего шанса получить дополнительный заработок на российском газопроводе лишилась. Не берусь судить почему. Возможно, из-за нерасторопности и непонимания масштабности проекта. А Болгария хотя и не менее нерасторопна, имеет преимущество в виде готовой инфраструктуры и документации по «Южному потоку».

«СП»: — Не рискованно ли строить новый газопровод в Европу, когда «Северный поток-2» подвергается такому давлению?
— Проблема в том, что если в «Северном потоке-2» главным заинтересованным субъектом является Германия, флагман Европейского союза, который может продавливать нужные ей решения, то при реализации продолжения «Турецкого потока» заинтересованные страны — это Болгария, Сербия, Македония, еще Италия. Но даже Италия не является столь же мощной страной как Германия.
Поэтому да, риски есть. Не совсем ясно, как будет реализована передача газа потребителям. Есть вариант, что будет создан хаб на границе Турции с ЕС, откуда все желающие смогут покупать газ, после чего он будет транзитироваться по новой инфраструктуре. Это бы сняло ряд чисто политических рисков, потому что газ поменял бы собственника, и многие вопросы, связанные с действием Третьего энергопакета были бы автоматически урегулированы. Возможно, это вопросы тоже будут обсуждаться на встрече Путина и Вучича.
Но я бы отметил, что Сербия интересна для нас не только с точки зрения «Турецкого потока». В этой стране «Газпромом» построено подземное хранилище газа «Банатский двор», которое позволяет снять массу риска, связанных с возможной приостановкой транзита газа через территорию Украины в отопительный сезон.
Кроме того, компания «Нефтяная индустрия Сербии» с конца 2009 года принадлежит «Газпром Нефти». Сейчас это предприятие, которое купили в крайне тяжелом техническом и финансовом состоянии после «гуманитарных бомбардировок», вместо 200 миллионов долларов убытков в год приносит чистую прибыль и генерирует 15% суммарного бюджетного дохода Сербии. Так что нашему руководству есть о чем поговорить с сербскими коллегами, даже помимо газотранспортных проектов.
Хотя понятно, что «Турецкий поток» — это история, крайне важная, интересная и выгодная для всех заинтересованных сторон. Но и «Южный поток» тоже был интересен и выгоден, и всем известно, что с ним произошло. Все потому, что субъектность — это не та вещь, которая приобретается с вхождением в квазигосударственные образования вроде Евросоюза. Напротив, страна может лишиться такой субъектности, как произошло с Болгарией.

Мария Безчастная. Свободная Пресса

Оставить комментарий